ТВОРЧЕСТВО В. ЛЕВШИНА И ФЕНОМЕН «ВОСТОЧНОЙ ПОВЕСТИ» В КОНТЕКСТЕ РАЗВИТИЯ РУССКОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПРОЗЫ

• Published in: Issledovatel'skii Zhurnal Russkogo Iazyka i Literatury
• Main Author: Darya Zavelskaya
• Format: Article
• Language: Russian
• Published: Iranian Association of Russian Language and Literature 2025-02-01
• Subjects: восточная повесть; стиль; художественная проза; лёвшин; перевод; сказка
• Online Access: https://journaliarll.ir/index.php/iarll/article/view/342
• ISSN: 2345-2498; 2476-3500

Исследование посвящено переводной повести «Везири, или Очарованный лавиринф», которую Левшин выпустил с подзаголовком «восточная повесть». Это произведение интересно и в контексте самого жанра, который стал очень популярен в русской литературе второй половины XVIII в., и с точки зрения развития русской художественной прозы эпохи сентиментализма. В существующих исследованиях, посвященных жанру «восточной повести», выделяются три ее типа: 1) морально-этические с религиозной окраской; 2) развлекательные, авантюрно-галантные; 3) просветительские. Однако «Везири» позволяют обнаружить все три аспекта, что существенно для понимания общей направленности художественной литературы того времени и самого представления о восприятии востока в русской литературе. История создания этого перевода не изучена в достаточной мере, чтобы сравнивать произведение Левшина с первоисточником, поэтому стилистика рассматривается именно как характерный пример русской художественной прозы. Важен сам выбор Левшина, известного, в том числе, своими авторскими литературными сказками, опиравшимися на мотивы и образы отечественного фольклора. В «восточной повести» местом действия становится Персия, изображенная не в историческом, а в легендарно-сказочном ключе, как удивительный край чудес, героизма, высоких добродетелей и мистических тайн. Представляется продуктивным рассмотрение в этом произведении концепции «добродетели», чрезвычайно важной и для просветительской литературы эпохи сентиментализма, и для литературной сказки. В этом аспекте можно объяснить повышенную эмоциональность повествования и прямой речи самих героев, поскольку для сентиментализма существенно постижение нравственных принципов через чувствительное сердце. При этом чудеса и приключения в повести становятся своеобразной нравственной проверкой героев, а также сферой постижения высшей мудрости, что было очень характерно для изображения востока.